Движение чернорубашечников

 Движение чернорубашечников, с самого начала получавшее крупные субсидии от ряда английских промышленников, вбиравшее в себя все больше представителей «средних классов», рекламируемое столь могущественным магнатом прессы, как  лорд Ротермир, стало быстро развиваться. Взяв себе за образец нацистского фюрера, Мосли издал весьма простую программу («Десять Принципов фашизма»), в которой всем было обещано все. Рабочим он обещал работу; мелким предпринимателям он обещал защиту от рабочих-большевиков; капиталистам он обещал более высокие и более устойчивые прибыли, тред-юнионам  свободу от эксплуатации их капиталистами; помещикам он обещал экономическую без опасность; мелким фермерам   увеличение земельных наделов и гарантированные цены; аристократическим семействам (многие из которых были тесно связаны с Б. С. Ф.) он обещал гарантировать уважение к их традиционным привилегиям; стране в целом он обещал избавление от гнилого феодализма.

Помимо всего этого он всем без исключения обещал действие! Был выброшен лозунг «Англия превыше всего!». Иностранцам предполагалось указать их место или вышвырнуть их из пределов страны. («Только фашизм в состоянии справиться с иностранной опасностью, где бы она ни подняла голову»). Износившуюся парламентскую систему было намечено отменить и на ее место поставить деловой, фашистский парламент. Мосли стоит за действие! Мосли — за единство! Мосли — за дисциплину! Мосли — за новую, мужественную Англию!

 Рассмотрев  лица чернорубашечников, когда они маршируют по улице или продают газеты на углу. Среди них можно различить три или четыре типа. Вот первый тип  складный, подтянутый, с офицерской выправкой и усиками, как у Мосли, самонадеянный представитель правящего класса, осмеливающийся критиковать правящий класс. Вот второй тип   крепкий как боксер, толстоносый, толстогубый, волосы коротко подстрижены, очень низкий лоб. Вот питомец закрытой школы и университета — красивый, румяный, с железным здоровьем, тот самый, кто отравлял жизнь молодым учителям и швырял в реку однокашников, если они отпускали волосы на дюйм длиннее, чем того требовала мода.

На лицах у представителей всех этих трех типов написана наглая решимость, полупрезрительный вызов, непримиримое отношение к тем, кто покупает у них газеты, убеждение, что сами они стоят на страже традиции мужества и что терпимость добродетель, годная только для женщин. Есть еще и четвертый тип, он, пожалуй, встречается реже, но он не менее интересен. Люди этого типа чаще держатся поодиночке, продают фашистские газеты у подъездов дешевых ресторанов, или в Ист-энде, или на рыночной площади какого-нибудь враждебно настроенного провинциального городка. У этих чернорубашечников лица более тонкие, в них не таится беспощадная жестокость.