Фашистская школа

Итак, боевым авангардом фашизма, представляющего собою не что иное, как белую гвардию, состоящую на откуп у помещиков, крупной промышленности и банков, является буржуазная молодежь. Разумеется, классовые интересы являются тем главным фактором, который толкает эту молодежь в ряды фашистской партии. Но для того, чтобы она могла проявить в борьбе такую исключительную жестокость, которая заставляет призадумываться даже многих идеологов буржуазного строя, нужно, чтобы эта молодежь была предварительно развращена не только постоянным воздействием своей социальной среды, но и получаемыми ею специфическими воспитанием и образованием.

Кроме Миссироли, мы находим свидетельство об этих подвигах фашистской молодежи не только у „нейтральных" авторов, но и у многих откровенных друзей фашизма. Так, в марте 1923 года а одном из парижских журналов (.Correspondant",15) была напечатана статья, восхвалявшая итальянский фашизм, под названием «Фашистская революция в Италии». Автор этой статьи, между прочим, говорит:

„Было бы смешно пытаться, как некоторые уже делали, представить фашистскую молодежь святыми херувимами. Они очень часто позволяли себе поступки, весьма мало заслуживавшие похвалы".

И, дальше, автор перечисляет все приемы   борьбы, употребляющиеся фашистами  и в первую голову фашистской  молодежью  против трудящихся масс: тут и избиения, индивидуальные, коллективные, разгром частных жилищ, сожжение ферм, кружков, лиг, изгнание законно выбранных  депутатов на местных муниципалитетов, высылки, самовольные аресты, пытки путем вливания в горло огромного количества касторового масла. Другой защитник  фашизма профессор Мичелли в своей книге „Фашистская партия и ее роль в Италии (Милан, 1924 г.), перечисляя все опасности, угрожающие фашизму, говорит о том, что отсутствие дисциплины и индивидуалистические устремления являются крупными недостатками итальянского характера. Эти опасные черты дали себя знать и в рядах фашистской партии. Недаром противники фашизма видят его разложение в целом ряде насилий, произведенных фашистами в явное нарушение партийного устава и дисциплины.

„Но  говорит   Мичелли, если бы мы хотели объективно разобраться в этих фактах, то нам необходимо было бы подумать над тем, что мы имеем дело с партией не только юной, но и состоящей по большей части из юношества, т.е. из элементов, пыщущих своей безграничной энергией и получивших свой закал в течение последних лет сначала в борьбе с внешним  врагом, а затем с внутренним".
В дальнейших своих рассуждениях Мичелли говорит о том, что эта особенность фашистской партии накладывает отпечаток на всю ее деятельность.

То, что говорит фашистский профессор Мичелли, повторяют все его коллеги. Ясно, что такие объяснения накладывают и своеобразный отпечаток на всю фашистскую программу воспитания и образования юношества. С самого начала в основу воспитания кладется безнаказанность; насилия по отношению к „внутреннему врагу", очень часто диктуемые своекорыстными целями или извращенными стремлениями буржуазной молодежи, возводятся на степень патриотического подвига. Чтобы окончательно засорить мозги фашистской молодежи, на помощь была призвана религия.

Первым делом фашистского министра народного просвещения, профессора Джентиле, кстати, его деятельность до последнего времени не переставали восхвалять наши белогвардейцы в своей берлинской газете „Руль", было, по его выражению „вернуть школе короля и бога". В этом заявлении вся сущность фашистского просвещения.

Так в своем уставе фашистская  партия настаивает на создании  „исключительно национального типа элементарной школы, которая могла бы готовить в физическом и моральном отношении  будущих итальянских солдат, для каковой цели требуется строгий контроль со стороны государства над школьными программами, подбором учителей, их произведениями, в особенности в тех коммунах, где господствуют анти национальные партии.
 

„Педагогические школы должны строиться на тех же началах, что и школы, для которых они готовят будущих преподавателей. В виду этого, необходимо добиться строго национального характера тех институтов, из которых выходят преподаватели даже для низших школ".

Любопытно, что при организации промышленных и сельскохозяйственных учебных заведений фашистская программа ставит своей целью создать „технический класс, средний между исполнителями  и директорами производства".

Средняя школа должна, по мнению фашистских теоретиков, носить строго классический характер. Необходимо ввести обучение латинскому язык так, чтобы французский язык не был больше единственным вспомогательным языком".

Разумеется, ни на кого так не действуют все пышные парады, знаки, одеяния, вся шумиха высокопарных фраз и призывы к классической доблести предков, которые пускаются в ход фашистами, как на молодежь, подготовленную к этому соответствующим патриотическим воспитанием.

Можно не сомневаться в одном,  а именно, в том, что классическое воспитание, во всяком случае, дало фашистской молодежи возможность усвоить одну из блестящих традиций классического Рима: бесчеловечную жестокость и безграничное презрение к неимущим классам.