Успешные карательные экспедиции фашистов

     Между тем, фашисты, не удовлетворяясь успехами в отдельных стычках или карательных экспедициях, пытались всеми мерами закрепить свое влияние в стране. Не было ни одной области общественной и политической жизни Италии, которую они оставили бы без своего вмешательства. К началу 1922 года стало ясно, что, несмотря на незначительное число депутатов, которым они по сравнению с социалистами располагали в парламенте, фашисты стремятся к тому, чтобы сделаться правительственной партией. Любопытно, что в 1922 м году наша делегация, прибывшая на Генуэзскую конференцию, получила присланную ей центральным комитетом фашистов резолюцию, гласившую, что фашисты постановили, учитывая все значение возобновления торговых сношений с Россией, не препятствовать деятельности нашей делегации, при условии, что она не будет вмешиваться во внутреннюю жизнь их страны. И действительно, за исключением одного случая, не имевшего прямого отношения к деятельности нашей делегации, фашисты исполнили свое слово и никаких неприятностей делегации не причинили. Это свидетельствовало, несомненно, о том, что в то время дисциплина в рядах партии фашистов стояла настолько высоко, что никакие самочинные выступления против делегации не могли иметь места.

Какую же роль играло в описываемое время итальянское правительство? Во главе его стоял Факта, бесцветная личность, один из наименее способных учеников старого интригана и прожженного парламентского дельца Джиолитти. Факта гордился тем, что он не принадлежит ни к какой партии и якобы отнюдь не является врагом рабочего класса. Этот маленький человек силился сохранить свою политическую карьеру тем путем, что избегал всегда каких-либо ответственных заявлений. Об этом легче всего судить по его поведению на Генуэзской конференции, где он за все время не произнес ни одного слова, которое в каком-либо отношении могло бы связать итальянское правительство. С одной стороны, ему удалось не прогневить Антанты, по отношению к которой он вел себя достаточно рабски, но не произнес и ни одного враждебного слова по отношению к Советской России. Приходится только удивляться безграничной глупости (или цинизму) тех деятелей реформистского социализма в Италии, которые в самый разгар фашистского движения мечтали о вступлении в блок с правительством бесцветного и ничтожного Факта. Кажется, и слепому было ясно, что „нейтралитет" кабинета в борьбе между фашистами и рабочим классом в Италии выливался все более и более в форму скрытого пособничества первым. На глазах этого жалкого правительства происходили громадные бои между фашистами и беззащитным населением городов, имевших несчастие попасть к ним в опалу. Правительство совершенно бездействовало, а в худших случаях оказывало помощь фашистам, если они сами не могли справиться со своими противниками.