Формула пособничества – метод избегания наказаний

С точки зрения приемов и методов, с помощью которых западногерманские, суды оправдывали или максимально занижали меру наказания, особое значение также приобрела формула о пособничестве. Она непосредственно взаимодействует с рассмотренной выше концепцией приказа. Уже говорилось о том, что использование концепции приказа строится на выявлении психологического отношения подсудимого, на выяснении его волевого отношения к исполнению приказа, и в этом смцсле он всегда исполнитель. Однако акцент переносится судом именно на факт вынужденного исполнении чужой воли, и этим суд аргументирует свой оправдательный вердикт. Концепция же о пособничестве как часть более общей теории о соучастии фиксирует внимание на степени фактического участия обвиняемого. В делах о нацистских преступниках в основе применения формулы о пособничестве лежит концепция приказа, которая имеет характер исходной посылки и соответственно из нее делается вьивод о том, что почти каждый обвиняемый может рассматриваться в качестве пособника в убийстве, ибо, выполняя чужую волю, он не мог стать ни исполнителем, ни организатором, ни даже соучастником.

Как свидетельствует практика судебных процессов над нацистскими преступниками, формула о пособничестве получила широкое применение. Используя факт, организованного характера операций по массовому уничтожению людей, для чего действовала продуманная система разделения «труда» между исполнителями и даже их определенная специализация (один производил только селекцию, другой только составлял списки обреченных, третий только конвоировал, четвертый только стрелял, пятый только засыпал землей., а в концлагерях вообще все обстояло проще  уничтожали ведь печи, газовые камеры), суды «затрудняются» отыскать фигуру исполнителя, все становятся пособниками.

Правовые «кулисы» УК ФРГ открывают неограниченные возможности для такого маневрирования.

1) считает пособником того, кто советом или действием сознательно оказывал исполнителю помощь в совершении деяния, наказуемого в качестве преступ¬ления или правонарушения;
2) наказание пособнику устанавливается в соответствии с законом, который применяется к данному преступлению, совершению которого он сознательно оказывал помощь, однако мера наказания может быть определена также в соответствии с принципами наказания за попытку.

Таким образом, квалификация нацистского преступника по формуле пособника, как следует из текста закона, дозволяет суду при установлении меры наказания руководствоваться положениями уголовного закона о попытке. А  УК устанавливает следующие меры пресечения за попытку:
1) покушение на преступление или правонарушение карается мягче, нежели закопчен-ное преступление;
2) если законченное преступление карается пожизненным тюремным заключением, то в случае покушения на такое преступление попытка карается лишением свободы сроком не менее трех лет;
3) в других случаях наказание равняется одной четверти низшего предела наказания за совершенное (законченное) преступление.
Используя отсылку закона к данным положениям о наказании в случаях попытки, западногерманский суд мог и, как показывает практика, фактически занижал, меру наказания нацистам, квалифицируя их как пособников.

Особое значение и откровенно оправдательную направленность формула о пособничестве приобрела, когда ее начали активно распространять на особую категорию нацистских преступников, так называемых убийц за письменным столом. Судебная практика, результатом которой является произвольная квалификация этой категории по формуле о пособничестве, представляется крайне опасной в силу того, что обширный контингент лиц избегает заслуженного, более сурового наказания  нежели те минимальные сроки, которые дают им суды. Опасный характер такого рода практики, кроме того, становится очевидным, если иметь в виду, что в условиях господства нацизма преступления против человечности стали функцией государства. Именно в недрах нацистского государственного аппарата систематически вынашивались и разрабатывались преступные акцил, которые затем уже исполнялись на местах, и именно чиновники различных имперских министерств и ведомств изо дня в день ex officio осуществляли преступную деятельность. В результате огромная армия чиновников третьего рейха представляла собой средоточие преступников от государства, инициаторов и организаторов преступлений, а вовсе не безликих, подневольных, исполнителей, пособников.

Не случайно поэтому, что понятие «убийца за письменным столом» возникло еще в ходе судебного процесса американского военного трибунала по делу «Вильгельмштраосе», когда к ответственности привлекались высокопоставленные чиновники государственного аппарата, которые специально разрабатывали и издавали преступные директивы, приказы, распоряжения о наиболее оптимальных способах массового уничтожения людей.
    
В приговоре вышеназванного трибунала подчеркивалось, что нацистские чиновники, сидя в тиши своих! министерских кабинетов, непосредственно участвовали в уничтожении гражданского населения оккупирован¬ных стран, составляя необходимые распоряжения и приказы. «Они также виновны, как и коменданты концентрационных лагерей», — заключал трибунал.