Лживость и фальсификаторские претензии нацистских теоретиков

  Лживость и фальсификаторские претензии нацистских теоретиков и практиков были полностью разоблачены в ходе Нюрнбергского пдоцесса над главными военными преступниками. Во время последующих специализированных процессов военные трибуналы находили лишь новые факты изобличения преступности нацистского режима и новые подтверждения преступной роли его судей и прокуроров.

Известно решение американского военного трибунала в Нюрнберге ио делу 14 ответственных чиновников имперского министерства юстиции. Трибунал указывал: «Главный тезис обвинения состоит в том, что законы, гитлеровские указы и деятельность драконовской, продажной и разложившейся национал-социалистской системы сами по себе являются военньим преступлением и преступлением против человечности. Кроме того, участие в издании и применении этих законов следует квалифицировать как соучастие. Иными словами, обвинение сводится к тому, что, якобы во имя права прикрываясь авторитетом имперского министерства юстиции и используя законы, юстиция сознательно действовала в рамках охватившей всю страну и направляемой правительством системы террора и беззакония, нарушая правила ведения войны и законы человечества».

Ратуя за восстановление законности в послевоенной Германии, Густав Радбрух, бывший министр юстиции социал-демократического правительства Германии ,в 1922—1923 гг, считал одной из важных гарантий именно осуждение нацистских судей. Он писал 41 января 1948 г: «Я изучаю сейчас приговор и материалы судебного процесса над нацистскими юристами в оригинале. Потрясен чудовищной, моральной деградацией имперского министерства юстиции, когда-то в высшей степени деловой и профессионально квалифицированной истанции, что мне известно из собственного опыта... Идя по пути все новых компромиссов и уступок и в конце концов не замечая глубины своего падения, оно из мнимого оппонента постепенно превратилось в примитивное орудие режима».

Документально подтверждено, что в период двадцатилетнего правления ХДС/ХСС общее число бывших нацистских судей и прокуроров, находившихся иа службе боннской юстиции, достигло 1583. Объясняется это тем, что находившиеся у власти представители западногерманского монополистического капитала использовали реакционные убеждения и прошлый опыт нацистских судей для того, чтобы активизировать политику судебных репрессий против прогрессивно настроенных деятелей и демократических движений в ФРГ. Стремление отвести мёч правосудия от бывших нацистских судей и прокуроров получило реализацию и в официальной правовой политике ФРГ. Эта позиция была выражена в федеральном законе о правовом статусе судьи. Законодатель указал тогда в ст. 116 этого Закона: «Судьям и прокурорам, участвовавшим в осуществлении уголовного судопроизводства во время войны, предоставляется возможность досрочно выйти в отставку». Истинный смысл данного положения закона был раскрыт в письменном докладе правовой комиссии бундестага, где говорилось, что «если судья или прокурор подаст прошение об отставке, то высшие судебные власти могут отклонить прошение, если судья или прокурор в качестве главной причины укажет лишь на свое участие в осуществлении уголовного производства в период с 1 сентября 1939 г. по 9 мая 1945 г.». Далее разъяснялось, что участие в вынесении смертных приговоров следует оценивать по совокупности чрезвычайных обстоятельств того времени; специально оговаривалось, что достаточным поводом для отставки могут явиться лишь «смертные приговоры, вынесение которых нельзя объяснить чрезвычайными обстоятельствами». Такие оговорки в сущности сводили на нет действенность внесенного в закон предписания. Уверенность, высказанная тогда в бундестаге относительно того, что «судьи окажутся порядочными и добровольно выполнят пожелание закона», оказалась на практике абсолютно несостоятельной, а «пожелание» законодателя повисло в воздухе.