Нерешенная проблема правовой оценки нацизма

Длительная борьба французских ветеранов движения Сопротивления за приведение в исполнение смертного приговора в отношении бывшего гитлеровского генерала Ламмердинга — палача французской деревни Орадур-сюр-Глан, а также и других приговоров обострила дискуссию вокруг этой проблемы. 2 февраля 1971 г. правительства Франции и ФРГ подписали соглашение, разрешающее компетентным органам юстиции ФРГ привлекать к суду нацистских военных преступников, заочные приговоры в отношении которых фактически не были приведены в исполнение.

Но как выясняется из многочисленных комментариев по поводу указанного соглашения, западногерманские органы юстиции не стремятся использовать это в целях правосудия. 23 января 1971 г. газета «Франкфуртер Альгемайне» писала, что с помощью снятия ограничений «немецкая юстиция, пересмотрев приговоры, рассчитывает исправить одну из величайших несправедливостей войны».

Таким образом, если проблему преследования и наказания нацистских преступников и соответственно систему действующих внутренних правовых норм ФРГ рассматривать с точки зрения принципов и норм действующего международного права, то станет очевидным, что эта проблема осталась в ФРГ в значительной мере нерешенной.
Такой вывод подтверждается и самим правительством ФРГ.

В этой же связи следует подчеркнуть, что присоединение к Конвенции о геноциде и внесение в уголовный кодекс ФРГ нового нашли применение в судебных процессах по делам о нацистских преступниках опять-таки со ссылкой на принцип «закон обратной силы не имеет».

Таким же образом был мотивирован отказ присоединиться к Конвенции ООН о неприменимости срока давности к военным преступникам и преступлениям против человечества от 26 ноября 1968 года, так как этому, дескать, препятствуют «правовые конституционные нормы» ФРГ.

Такого рода ссылки на «общие», «основополагающие принципы» конституции ФРГ или на традиционные установки ее права достаточно часто использовались и в теоретико-политических конструкциях и в судебной практике с целью оправдания именно нацистских преступников.

Так, из принципа «правового государства» выводится ряд конкретных принципов, на которых строится защита нацистских преступников. В этой связи особое значение приобрела проблема, связанная с изданием государством противоправных законов и их исполнением чиновниками. Речь идет о формуле «верности и доверия» (Treu und Glauben), которая трактуется судами как порождающая не только повиновение чиновника, но и встречную обязанность государства обеспечить необходимую правовую охрану чиновников от последующей ответственности. Иначе говоря, в случае, если государственная власть существенно меняет свои правовые установки, то она не вправе привлекать к административной и тем более к уголовной ответственности чиновников, выполнявших прежние, теперь рассматриваемые ею как ошибочные приказы. Указывая на подобного рода практику, профессор теории права Ульрих Шейнер подчеркивает, что суды, исходя из идеи «правового государства», освобождают чиновников от ответственности за выполнение прежних ошибочных постановлений государства, т .е. в данном аспекте — за выполнение преступных приказов .

Что же касается практики применения уголовного кодекса 1871 года, который действует лишь с незначительными изменениями последнего времени (продление сроков давности, трактовка соучастия), то она противоречит и Нюрнбергским принципам, и общим направлениям международно-правового развития.

Нюрнбергские решения оказали большое влияние на последующее прогрессивное развитие послевоенного международного права. Руководствуясь правовыми нормами, направленными на борьбу против агрессии и военных преступлений, Нюрнбергский Трибунал применил уголовную ответственность не только в отношении отдельных физических лиц, но также государственных и политических организаций. Нюрнбергские решения ввели в обиход действующего международного права и современного правосознания народов такие дефиниции, как международный заговор и соучастие в нем, планирование, подготовка и ведение, агрессивной войны, пропаганда войны, признав за ними преступный и, следовательно, уголовно наказуемый характер.

Особый вклад в дело позитивного развития действующего международного права на основах Потсдама и Нюрнберга в целях обеспечения мира и предотвращения войны внесли государства социалистического лагеря. Последовательная и неуклонная политика уголовного преследования и судебного наказания нацистских военных преступников в этих странах объективно содействовала укреплению международной безопас¬ности. Этому способствовали также проделанные здесь кодификационные работы по -инкорпорированию нюрнбергских постановлений в национальное право данных стран.

В УК НРБ 1968 года включены специальные разделы, содержащие перечень преступлений против мира и человечества и соответствующие санкции. Новый УК ввел уголовную ответственность за различные виды действий по подготовке агрессии (планирование, подстрекательство к войне, пропаганда). Особо выделены состав преступного попустительства и санкции за него, дается развернутый перечень преступлений против законов и обычаев ведения войны, международно-правовыми основаниями которых являются Устав Международного Военного Трибунала и Нюрнбергский приговор, Женевские конвенции 1949 года о защите жертв войны, Конвенция о защите культурных ценностей в случае вооруженного конфликта 1954 года и др.

Приведение национального законодательства в соответствие с принципами и нормами действующего международного права, как это имело место в социалистических странах, должно обеспечить справедливость осуждения, т. е. соразмерность преступления и наказания нацистских и современных военных преступников и в других странах.