6 октября 1973 года Сирийские дивизии атаковали Голаны

6 октября 1973 года после артиллерийской подготовки три сирийские дивизии - 5-я, 7-я и 9-я - атаковали Голаны.
В 13:45 6 октября израильские наблюдатели на горе Хермон обнаружили, что сирийцы сняли маскировочные сети с артиллерийских позиций, развернутых перед Пурпурной линией. Десять минут спустя град артиллерийских снарядов обрушился на израильтян вдоль всей линии фронта. 50-минутная артподготовка, рассчитанная по времени так, чтобы совпасть с моментом перехода египетскими войсками Суэцкого канала, сопровождалась авиационными ударами по израильским командным пунктам и оборонительным позициям.

Немедленно в действие вступили планы ЦАХАЛ на случай непредвиденных обстоятельств. Израильские Centurion громыхали своими скатами, несясь навстречу плотным колоннам сирийских танков и бронемашин, сконцентрированных на демаркационной линии за ползущим огневым валом.Однако вскоре сирийские колонны пришли в замешательство. Ведя огонь из своих орудий, хорошо подготовленные к стрельбе на дальние расстояния израильские танковые экипажи поражали сирийские разминирующие машины и мостоукладчики на дистанции 2000 метров и даже на большем расстоянии. Образовалась огромная пробка, усилившая беспорядок Сирийские танки и бронетранспортеры были вынуждены сходить с дороги, в то время как между ними метались обезумевшие офицеры, пытавшиеся восстановить порядок

Бои у холма Бустер

К северу от Кунейтры и к югу от доминирующей над местностью горы Хермон шел горный хребет, упиравшийся в другой холм, известный в Израиле как Бустер. С этих позиций танки 74-го батальона бригады «Барак» сконцентрировали свой огонь на преодолевающих преграды танках наступающей 7-й сирийской пехотной дивизии. К концу дня равнина ниже Бустера была усеяна горящими остовами сирийских танков и бронетранспортеров. Так начались ожесточенные бои за этот важнейший оборонительный район, после войны получивший в Израиле наименование Долины слез. Позднее, во второй половине дня 6 октября, израильские командиры лихорадочно укрепляли позиции, особенно южнее Кунейтры. Тем временем на самом северном участке поля боя положение ЦАХАЛ изменилось в худшую сторону, когда сирийские спецназовцы после часового ближнего боя захватили наблюдательный пост на вершине горы Хермон. Сирийцы удерживали эти позиции до конца войны.

Теперь сирийские войска усилили давление вдоль всей израильской линии обороны. Линия к югу от Джухадерской дороги была прорвана, часть сирийских сил начала наступление по мало используемой дороге - части ранее функционировавшего Трансаравийского нефтепровода, что, в случае успеха, могло обрушить всю израильскую оборону на Голанах. Ночью 5-я сирийская пехотная дивизия продолжила наступление, используя установленные на танках приборы ночного видения. Израильские же танки теперь не имели возможности идентифицировать цели на длинной дистанции. Несмотря на начавшуюся примерно в 22:00 еще одну массированную атаку и интенсивную артиллерийскую поддержку, сирийцы все же довольно быстро остановились. К рассвету 7 октября более 100 сирийских танков остались подбитыми или уничтоженными в Долине слез. Однако на рассвете в 10 километрах к юго-западу от Джуха-дера перед солдатами 5-й сирийской пехотной дивизии уже открывался великолепный вид на Тивериадское озеро и город Тверию на его западном берегу. Казалось, что победа уже в их руках.

Атаки на юге

Сирийское верховное командование, получив известия, что его войска все еще встречают упорное сопротивление на севере, в Долине слез, решило добиться успеха на юге. 600 сирийским танкам в Южных Голанах противостояли всего 12 танков изолированного 53-го батальона бригады «Барак» у Тель-Фариса, а также несколько разрозненных частей, которые были отброшены сюда с демаркационной линии, и небольшие контингенты резервистов, которые уже начали прибывать на Голанские высоты.

Примерно 80 сирийским танкам удалось прорваться, и теперь они находились всего в 3 километрах от штаба ЦАХАЛ в Нафехе. В атаку перешли части 1-й сирийской танковой дивизии, ускоряя эвакуацию передового командного пункта Эйтана. Сильная канонада обозначила одновременное прибытие сирийских танков и 679-й израильской резервной бронетанковой бригады, которую сюда направил Эйтан с приказом удержать позиции. Разгорелось яростное танковое сражение.

Вступление в бой 679-й резервной бронетанковой бригады, солдаты которой всего за несколько часов до этого были обычными гражданскими лицами, имело огромное значение. В сумерках ее бойцы очистили область вокруг Нафеха и отбили очередную танковую атаку противника. Им удалось сорвать сирийское наступление, которое, в случае успеха, угрожало расколоть южный фронт на Голанах.И для Израиля, и для Сирии сражение на Северном фронте стало гонкой на время - израильтяне отчаянно нуждались в боеприпасах и ждали, когда прибудут контингенты резервистов. Во второй половине дня 7 октября сирийская бригада находилась в 1200 метрах от Эль-Аля, а другая, на Йехудийской дороге, - менее чем в 10 километрах от Тивериадского озера.

Однако сирийские войска понесли большие потери. Их двигавшиеся по дорогам танки были великолепными целями. К концу дня 7 октября по  оценкам израильтян было уничтожено около 400 сирийских танков. Помня о своем поражении в 1967 году, сирийская армия была настроена ни в коем случае не отступать без соответствующего приказа. В результате сирийские офицеры среднего звена не испытывали ни малейшего желания совершать какие-либо тактические шаги, даже в целях выполнения маневра. Они просто пытались пробить себе дорогу через оборонительные позиции, которые, возможно, бьио значительно удобнее обойти с флангов. Командование ЦАХАЛ выразило сдержанное уважение к храбрости сирийских солдат, но, проанализировав действия противника, пришло к выводу, что их тактические просчеты в конце концов вернут инициативу в руки израильтян.

Бар-Лев и Лэнер

Для ЦАХАЛ ситуация оставалась критической. Рано утром 7 октября военный министр Моше Даян предложил премьер-министру Голде Меир отвести войска с Голанских высот на край нагорья, возвышавшегося над долиной реки Иордан. Голда Меир решила проконсультироваться у отставного генерал-лейтенанта Хайма Бар-Лева, который теперь занимал пост министра торговли и промышленности. Бар-Лев облачился в военную форму и вечером 7 октября поспешил на командный пункт Северного фронта. Его появление имело огромное значение для поддержания морального духа. Он произвел впечатление своим спокойствием и уверенностью, а затем отдал приказы относительно проведения на следующий день контратаки.Вечером 7 октября генерал-майор Лэнер принял командование над всеми операциями на южном участке. Со своего передового командного пункта у моста Арик он мог хорошо видеть сирийские танки, находившиеся на расстоянии всего 5 километров. Он начал реорганизацию своих войск, перебрасывая бригады на юг и усиливая разведывательными частями 17-ю бригаду, сражавшуюся на северо-востоке, на Йехудийской дороге. Бригада отчиталась о более чем 50 подбитых сирийских танках, прежде чем ее командир бьи ранен и эвакуирован в тыл.Находясь под сильным сирийским огнем, сам Лэнер действовал как регулировщик уличного движения, отправляя на фронт взводы и роты резервистов, как только они прибывали в его распоряжение. Ситуация складывалась таким образом, что в ней крайне сложно было поддерживать порядок.

Рано утром 7-го Лэнер получил для своего фронта 60 танков, число которых к вечеру увеличилось до 90. Удерживая последнюю высоту к востоку от нагорья, танкисты теперь вели отчаянный бой с частями 5-й сирийской пехотной дивизии. К концу дня на поле боя в Южных Голанах от Нафеха до долины Ярмука остались 250 подбитых и уничтоженных танков, 150 из которых бьии на счету импровизированной дивизии Лэнера.Крайне сложно было определить, чем закончится сражение, и в этот критический момент сирийское верховное командование приняло роковое решение. Оно остановило свои войска на южном участке Голанских высот в 17:00, хотя до наступления темноты оставалось еще довольно много времени. Большая часть 1-й танковой дивизии остановилась у Хушнии, упустив шанс достигнуть реки Иордан. На дороге к Эль-Алю замерли две бригады 5-й сирийской пехотной дивизии, не дойдя совсем немного до раскинувшегося перед ними Тивериадского озера.

Впоследствии израильтяне объяснили возникшую тогда ситуацию тем, что у сирийского командования сдали
нервы, когда ему стало известно о больших потерях, а у механизированных соединений стала ощущаться нехватка горючего. Но, возможно, сирийцам надо было просто провести реорганизацию частей после тяжелых боев.Сирийский министр обороны и главнокомандующий войсками генерал-майор Мустафа Тлас усугубил эту ошибку, направив резервы на северный участок, где израильские войска продолжали удерживать линию обороны, вместо того чтобы использовать их и развить достигнутый на юге успех. Он допустил непростительный просчет, фактически поставивший крест на успешном завершении операции, за который пришлось заплатить очень дорого. Вечером 7 октября передовые части 14б-й израильской резервной бронетанковой дивизии вышли на дорогу у Элъ-Аля. Спустя всего лишь 36 часов после начала сирийского наступления ЦАХАЛ был готов начать массированную контратаку.