Адольф Эйхман заменил расстрелы газовыми камерами




Адольф Эйхман, приговоренный к смерти за военные преступления на Нюрнбергском процессе, ни разу в жизни не пролил ни капли чужой крови. Но именно он был казнен за организацию холокоста: именно ему вменили в вину гибель более шести миллионов евреев.

Что подвигло самого обычного немца на такое масштабное преступление?

Будущий преступник Адольф Эйхман родился в 1906 году в обычной семье. Его родители жили в маленьком австрийском городке Золингене, где отец занимал должность бухгалтера. Когда мальчику было 7 лет, семья переехала в городок Линц, куда перевели его отца, назначив коммерческим директором.

Суровые годы

Детство маленького Адольфа ничем не отличалось от детства сверстников. Правда, он учился в школе, в которой десятилетия назад учился Адольф Гитлер, его будущий кумир. Маленький, темноволосый, слабый, носящий обидное прозвище Жиденыш, Адольф мечтал о военных подвигах. Сильные и высокие немецкие мальчики не любили малорослого носатого, мальчишку, и не удивительно, что мальчик не любил школу.


Учился он плохо. Видя это, отец отправил Адольфа на три месяца трудиться на горную шахту и позже определил учеником в Верхнеавстрийскую электрическую компанию. Эйхман два с половиной года без всякого интереса изучал электрическое дело, а потом с таким же равнодушием ездил по селам и устанавливал там бензиновые насосы. Горизонт был чист-никаких подвигов не предвиделось. Эйхман же жаждал настоящей службы. Как-то приятель отца привел молодого Эйхмана на собрание «Молодежного союза фронтовиков». Вот там-то Адольфу понравилось. А с начала тридцатых годов в Линце появилось отделение СС. К огромной радости Адольфа, членам СС разрешили стрелковую подготовку. Эйхман поспешил туда вступить. С возрастом еврейские черты у него смягчились, лицо приобрело относительно немецкую форму.

Но принадлежность к СС не была понята руководством компании «Вакуум ойл», в которой работал Эйхман, а скоро власти Австрии запретили деятельность НСДАП. Эйхмана уволили, после чего он уехал из Австрии в Германию. Там он сразу же попал в штурмовой отряд «Австрийского легиона». Обучение было трудным, иногда мучительным, но, как потом признавался Эйхман, демонстрируя оставшиеся шрамы на руках и ногах, с тех пор он перестал бояться боли. После обучения молодой Эйхман попал в Пас-сау, где его определили в помощники к начальнику штаба связи. Работа была скучная, бумажная, и Эйхман ждал случая, чтобы от нее избавиться. Такой случай представился в 1934 году. Эйхман подал заявление о приеме в службу безопасности Гиммлера. Он надеялся заниматься охраной рейхсфюрера СС. Но ему отвели комнатенку с множеством пыльных папок и книг. Отныне унтершарфюрер Эйхман должен был вести картотеку немецких масонов!

Систематизация масонов и чтение масонской литературы вызывали у Эйхмана отвращение. В 1935 году ему удалось сбежать от масонской темы в только что образованный в главном управлении СД «еврейский отдел». Он ожидал, что там-то и начнется настоящая служба. Вместо этого его посадили конспектировать и сводить в циркуляр книгу Теодора Герцля «Еврейское государство». Только позже Эйхман понял, зачем этот циркуляр необходим Германии-в верхах рейха решался вопрос о высылке из страны всего еврейского населения.

Решение еврейского вопроса

Он признавался, что поначалу скучное задание понемногу его захватило и заинтересовало. Адольфу поставили задачу-в кратчайшие сроки найти пути выселения евреев, и он старался их изыскать. Но дело оказалось сложнее и запутаннее, чем виделось изначально. Проклятые евреи, о которых так заботилось это правительство, никуда переселяться не желали. Эйхман вел переговоры, объяснял пользу от перемещения за пределы рейха, но эта нервотрепка тянулась годами. Первые переговоры начались еще в 1936 году, но и в 1942 году вопрос был открытым. Первоначально существовал план высылки евреев в Палестину, но посещение Палестины обернулось большим конфузом-дальше Каира немецкая делегация не смогла проехать. Англичане наотрез отказались впускать немецких евреев в Палестину!

Тогда родился план «Мадагаскар». Евреев предполагалось вывезти на принадлежащий Франции остров. В 1939 году Франция была оккупирована, и переговоры по острову тоже затянулись. На «островной вариант» не соглашались ни французские власти, ни сами переселяемые. А ведь Эйхман разработал прекрасный план переселения, это был своего рода проект создания еврейской автономии со своими школами, больницами, полицией, властными структурами, даже банками. Евреи снова отказались, сославшись на расположение острова и отвратительный тропический климат. В 1942 году ни о каком переселении на Мадагаскар речи быть уже не могло. Изменилась военная и политическая обстановка.

Эйхман принимал участие в разработке плана на всех его этапах. За это время он успел стать унтерштурмфюрером СС и воплотить проект, аналогичный проекту «Мадагаскар», в чешском городке. Терезиен-штадт. Там тоже существовали свои школы, больницы, но въезд и выезд контролировали части СС, а за благополучным фасадом скрывалось то, что население Терезиенштад-та не было постоянным и все время, систематически обновлялось и заменялось.

Новые задачи

С 1939 года Адольфа Эйхмана ввели в состав Главного управления имперской безопасности. В 1942 году игры с богатыми и бедными евреями, которые не хотели переселяться, закончились. Гитлер принял по еврейскому вопросу окончательное решение. Оно означало поголовное уничтожение евреев как нации.
Эйхман вспоминал, каких ужасов насмотрелся во время посещения населенных пунктов и лагерей, где расстреливали евреев. В связи с этим он пришел к выводу, что использование для расстрелов немецких солдат приводи! только к воспитанию садистов и изуверов. Тогда-то ему v предложили другое решение «проблемы»: практику удушения заключенных в лагеря> смерти. Он и стал энергичнс воплощать это в жизнь.

Он занимался тем, что регулировал движение «поездоЕ смерти» к крематорским пе чам, обеспечивая снабжение газовых камер цистернами ( «Циклоном Б» (пестицид, ис пользовавшийся в том числе и для массового уничтожения людей в газовых камерах), v вел статистику по очищеник рейха от еврейской сквер ны, подсчитывал количестве убитых. С непременной скру пулезностью он учитыва; каждый кусок мыла, произ веденный из растопленного жира загубленных в концлаге рях людей. Когда же война была про играна, он вместе с офицера ми, желавшими до последне го сражаться с союзниками ушел в Альпы. Но офицеры узнав о характере его службы

прогнали Эйхмана из своих рядов. И в одиночку, скрыв свое имя, он бежал в Латинскую Америку, где не только очень хорошо устроился, но и смог вернуться в 1952 году под вымышленным именем Рикардо Клемент, чтобы вывезти на новую родину свою семью. Для этого он вторично женился на собственной жене Веронике Либль, к тому времени имевшей от него троих сыновей-Клауса, Хорста и Дитера. Четвертый сын Рикардо Франциско родился уже в «новом браке». Интересный факт, что, как впоследствии выяснилось, документы для побега в Аргентину Эйхману помогли сделать монахи-францисканцы. Причины здесь, скорей, не в христианском всепрощении. Просто представители Ватикана были вынуждены как-то уживаться с нацистами, которые оккупировали большую часть католической Европы. Вот и пришлось весной 1945 года платить по счетам, снабжая беглых нацистов липовыми документами...

Под солнцем Аргентины

Господин Климент вел тихую и спокойную жизнь, служил бухгалтером, как когда-то его отец, и, наверно, никогда не был бы опознан, если бы в 1958 году дочка слепого еврея Лотара Германа не познакомилась с молодым человеком по имени Николас. Он-то и открыл ей правду о своем отце. Герман тут же сообщил новость израильской разведке, а спустя полгода агенты МОС-САДа выкрали Эйхмана и увезли его в Израиль. Над старым

эсэсовцем состоялся показательный суд.

Эйхман на этом суде не оправдывал себя и не юлил. Он спокойно и честно рассказывал, как обстояли дела с решением этого проклятого еврейского вопроса. Было очевидно, что к евреям он не испытывал ненависти. В ответ на вопрос, почему же тем не менее именно он отсылал людей на смерть, Эйхманн сослался на точное исполнение приказов. Суд приговорил Эйхмана к смерти через повешение. Но он так до конца и не понял, за что его казнят. Даже перед смертью, стоя под пеньковой петлей, он сказал, что просто выполнял правила войны и служил своей стране. Так он и умер с ощущением выполненного долга перед отечеством.

А за преступления Эйхмана пострадал назначенный ему по закону адвокат-возмущенные соотечественники плеснули ему в лицо серной кислотой. Адвокат получил тяжелые ожоги и ослеп на один глаз.