Операция «Багратион»




Начав операцию «Багратион», Красная Армия прорвала немецкие оборонительные рубежи, быстро изолируя и окружая города и населенные пункты.Первые удары в ходе операции «Багратион» Красная Армия нанесла по позициям, находящимся в глубоком тылу немецких войск. 8 июня партизанские отряды в Белоруссии получили приказ парализовать железнодорожные перевозки армии Германии. Хотя немецким охранным дивизиям удалось блокировать многие партизанские отряды, все-таки за одну ночь на 19 июня народным мстителям удалось произвести 14 ООО взрывов на железных дорогах противника.

Первые удары в ходе операции «Багратион» были нанесены 22 июня, когда части Красной Армии начали разведку боем. Отряды пехоты силой от роты до батальона атаковали немецкие позиции.К полудню 23 июня начался обход с флангов позиций 3-й танковой армии, оборонявшей Витебск. Гитлер, однако, разрешил только ограниченный отход непосредственно к самому городу, что обрекло основную часть войск на окружение. Красной Армии не удалось южнее прорвать рубежи обороны немецкой 4-й армии, хотя на нескольких участках советские войска в них вклинились. 78-я немецкая штурмовая дивизия (одна из самых мощных-15 700 человек в отличие от 13 ООО по штату) упорно удерживала район Орши.

Продвижение 1-го Белорусского фронта, наступавшего южнее, затрудняла болотистая местность, и до следующего дня ему не удалось преодолеть возникшие затруднения. Тем не менее, немецкая 9-я армия понесла тяжелые потери. К концу первого дня ожесточенных боев наступление развивалось успешно. Витебск был на грани окружения, Красная армия выходила к Минскому шоссе.Первую большую победу в ходе операции «Багратион» удалось одержать на севере. 24 июня корпус, оборонявший Витебск, практически был отрезан от войск своей группы. Сначала Гитлер отказался разрешить отступление, но позднее, когда он согласился на частичный отход, было уже слишком поздно. В ночь на 26 июня корпус перестал существовать как боевое соединение. Его остатки пытались прорваться через кольцо советских войск, но партизаны перехватывали и уничтожали выходившие из котла части. Из 28 ООО военнослужащих корпуса из окружения удалось выйти не более 1000 человек. В то время как 26 июня уничтожался корпус, южнее удалось осуществить прорыв. В первый день 11-я гвардейская армия встретила ожесточенное сопротивление, но разведка обнаружила линию узкоколейки, проходившей через торфяные болота, и резервные танковые части двинулись по ней в обход. 25 июня советские войска наконец прорвали рубежи обороны немецкой 78-й штурмовой дивизии и двинулась к городу Орша.

Командир немецкого XXVII армейского корпуса генерал Фёлькерс решил отвести свои части, чтобы спасти их от разгрома. Но Штлер вновь отказался разрешить даже малейшее отступление от города, так что Фёлькерсу пришлось отдать приказ на отход войск, вводя в заблуждение свое руководство, полагавшее, что они будут стоять до последнего.

Красный натиск

Серьезность положения немецких войск в Белоруссии наконец-то заставила верховное командование Вермахта осознать тот факт, что в этом районе ведутся не бои местного значения, а началось настоящее советское наступление. На фронт стали прибывать подкрепления. Самым важным подразделением была 5-я танковая дивизия, прибывшая в Минск 26 июня. Она начала стремительное продвижение к Березине, намереваясь воспользоваться этим водным рубежом, чтобы обеспечить отход частей 4-й армии.

Однако в южном секторе 1-й Белорусский фронт под командованием Рокоссовского после тяжелого начала стал энергично развивать наступление. Противоречивые приказы, поступавшие 20-й танковой дивизии оказались на руку советским войскам. К утру 27 июня они захватили основные переправы на реке Березине. Штлер продолжал придерживаться своей позиции и запрещал отступление. В результате еще 40 ООО немецких солдат попали в котел под п дом Бобруйском. Под ударами артиллерии и авиации, особенно штурмовиков, погибло до 15 ООО немецких солдат. Советские войска взяли город 29 июня. Были уничтожены три немецкие армии-3-я танковая,

4-я и 9-я. За первую неделю наступления в плен попало до 20 ООО человек, почти 50 ООО немцев погибли. Советские дивизии прорвали оборону потерявших былую мощь войск Вермахта и, стремительно двигаясь на запад, освободили Минск. В отчаянии от неудач, постигших Вермахт на первом этапе операции «Багратион», немцы старались предпринять эффективные ответные меры, которым, впрочем, не сопутствовал успех. Например, они использовали для налетов на колонны русских танков тяжелые бомбардировщики. На малых высотах они очень страдали от огня советских ПВО и истребителей, которым удалось сбить четверть самолетов противника.

К концу июня даже Штлер понял, насколько серьезный удар нанесли советские войска в Белоруссии. Однако немецкое верховное командование все же не намеревалось перебрасывать подкрепления в район наступения Красной Армии, несмотря на то, что расстроенные немецкие части, отступавшие на запад через Борисов и Минск, зачастую оказывались безоружными и полностью деморализованными. Подходы к городу, к которому двигались две мощные группировки советских войск, удерживались разрозненными частями 5-й танковой дивизии. Важнейшей задачей немецкого командования стало как можно дольше удерживать свои позиции, чтобы успеть эвакуировать на запад из Минска раненых и администрацию, а также осуществить прикрытие основной железнодорожной линии, ведущей из Минска на северо-запад.

Красная Армия, действовавшая очень эффективно, неумолимо сжимала кольцо окружения вокруг Минска, превосходя Вермахт как с точки зрения тактики, так и стратегии. К концу июня на город с трех направлений надвигались советские танковые части. Немецкая 5-я танковая дивизия удерживала свои позиции на шоссе Москва-Минск, и поэтому советское командование перенесло удар на север от города, где маневр ограничивался лесом, но оборона была слабее. Тем временем 2-й гвардейский танковый корпус с юга прорвал рубежи немецкой обороны. Наиболее ожесточенные танковые бои проходили северо-западнее Минска. Согласно докладам 5-й танковой дивизии «Тигры» подбили 295 советских танков. Однако из 125 машин этой дивизии уцелело лишь 18. В Минске царил хаос. Город обороняло всего 1800 боеспособных солдат; примерно еще 15000 прорывались через Минск с боем. Лишь 2 июля Штлер наконец разрешил эвакуацию.

Освобождение Минска

3 июля советский 2-й танковый корпус, потеряв часть танков в боях с арьергардом немецкой 5-й танковой дивизии, ворвался в южные предместья Минска. Танковая бригада взяла на свои машины мощный десант и, опрокинув последние рубежи обороны немцев, вошла в город. Вскоре к ним присоединились другие части, и таким образом основная цель первого этапа операции «Багратион» оказалась достигнута. После освобождения Минска многие немецкие соединения попали в окружение восточнее города. В течение двух следующих недель советская пехота ликвидировала эти котлы. Немцы пытались выйти из них небольшими группами численностью до нескольких тысяч человек. Тем не менее, к 9 июля самые крупные немецкие части либо сдались, либо были уничтожены.

Помимо основного окружения на востоке отрезанными оказались и многие другие части группы армий «Центр». Советские войска, развивая молниеносное наступление, обошли группировки немецких войск в северном секторе. Некоторым из них удалось отойти к группе армий «Север», но тысячи солдат прорваться так и не смогли.

28 июня Гитлер снял с должности фельдмаршала Буша и заменил его фельдмаршалом Моделей, стремясь восстановить оборонительный рубеж, проходивший от Вильнюса в Литве до Барановичей. Он надеялся, что на основе старых траншей, сохранившихся со времен 1-й мировой войны, удастся быстро создать новые оборонительные позиции. Но все попытки оказались тщетными. 8 июля советские войска продолжили наступление. Штлер провозгласил Вильнюс несокрушимой цитаделью, которую немецкая армия будет защищать до последней капли крови. Красная Армия заняла ее 13 июля и тут же стремительно овладела плацдармами на реке Неман. На начальном этапе операции были разгромлены от 25 до 30 немецких дивизий. Потери войск Вермахта составили свыше 300 ООО человек. Из них до 150 ООО попали в плен. Около 55 ООО немецких военнопленных были отвезены в Москву, где их прогнали по улицам столицы Советского Союза.