Операция «Валтур»

Солдаты Зяпа возобновили массированное наступление в ночь на 31 марта. Часть укреплений «Доминик» и «Элианы» были захвачены, однако французы в ходе контратак вернули некоторые позиции, а сильным ударом 31 марта восстановили положение. К этому времени, однако, возвращенные позиции представляли собой немногим большее, чем груду камней, перемешанных с телами погибших, а возобновившиеся атаки Вьетминя убедили Бижара отойти, оставив часть секций «Доминик» и «Элианы» в руках Вьетминя. Также яростный бой разгорелся в районе «Югетг», и 3-й батальон 3-го полка Иностранного легиона (3/3 REI) при поддержке взвода танков так и не смог пробить коридор от «Изабель» к Дьенбьенфу. Начиная с 31 марта форт «Изабель» оказался отрезан.



Теперь гарнизон срочно нуждался в боеприпасах и подкреплениях. 1 апреля рота из I Бершиньяка совершила успешную высадку, но большая часть боеприпасов, выброшенных с самолетов в этот день, попала в руки вьетминовцев. Другая часть II/1 RCP высадилась в течение следующих двух дней - эти подкрепления были жизненно важны для французов ввиду продолжающихся атак на «Югетг».Большие потери, понесенные в боях за «Доминик», «Элиану» и «Югетг», привели к тому, что Зяп решил поменять тактику. Если до того он больше полагался на лобовые массированные атаки пехоты через открытое пространство, то теперь он перешел к более традиционному ведению осадной войны, вгрызаясь во французские позиции и подводя к ним свои траншеи. Позднее он объяснял, что столь дорого стоившие вьетминовцам атаки пехоты в начале сражения проводились по настоянию его китайских советников, и ему пришлось выдержать борьбу с ними, чтобы перейти к новой тактике.

К началу апреля центральную оборонительную позицию Дьенбьенфу удерживали пять парашютных батальонов (из которых четыре были сильно недоукомплектованы), два слабых батальона Иностранного легиона и остатки североафриканских и тайских частей - всего около 2600 человек. В «Изабель» находились 3/3 REI и 2/1 RTA, причем состав обоих этих подразделений был довольно сильный, около 400 тайцев, а также оставшиеся в живых солдаты 5/7 RTA, три батареи и взвод танков - всего около 1600 человек. Протяженность главного периметра все еще составляла почти 10 км.

То обстоятельство, что гарнизон продолжал удерживать большую часть укреплений «Югетт» и «Элианы», убедило Коньи отправить подкрепление в виде 2-го парашютного батальона Иностранного легиона (2 ВЕР) майора Юбера Лесенфеля. Он высадился 10 апреля, и сообщение о его прибытии побудило Бижара провести еще одну контратаку на «Элиану». Бижар теперь отвечал за проведение контратак, и именно он передавал решения группы командиров самоустранившемуся де Кастри. 16 апреля многие старшие офицеры гарнизона были повышены в чинах: де Кастри стал бригадным генералом, Ланглэ и Лаланд - полковниками, Бижар - подполковником.В середине апреля войска Вьетминя упорно стремились пробить оборону у «Югетг», а 2 ВЕР предпринимал безуспешные попытки вернуть захваченные противником позиции. Однако не только французы испытывали огромное напряжение от этих затяжных тяжелых боев. Зяп позднее вынужден был признать появление «отрицательных тенденций» среди его солдат, вызванных «страхом погибнуть в бою, большими потерями, усталостью, трудностями и невзгодами, недооценкой противника, субъективными факторами и самомнением». Политкомиссарам приходилось прилагать огромные усилия, чтобы поддерживать боевой дух своих солдат.


К началу мая для большинства наблюдателей - и французских, и иностранных -стало очевидно, что падение Дьенбьенфу является лишь вопросом времени. Французы надеялись, что положение гарнизона улучшится, если будет реализован план по оказанию прямой военной поддержки Соединенными Штатами под кодовым названием операция «Валтур» (Vulture; «Стервятник»). В ходе этой операции ВВС США должны были нанести массированные удары с воздуха на сосредоточенные у Дьенбьенфу войска Вьетминя. Попытки добиться согласия на проведение этой операции 18 апреля закончились неудачей, а другой, чисто французский, план по прорыву гарнизона в юго-западном направлении пока что находился в разработке. Храбрая попытка французских войск в Лаосе установить по суше связь с Дьенбьенфу в конце апреля потерпела неудачу: теперь французское Верховное командование исчерпало все возможные варианты.

Впервые форт «Изабель» подвергся массированной бомбардировке 2 мая, после чего вьетминовцы начали рыть системы траншей, постепенно приближаясь к противнику - как это они уже делали на центральных позициях. Защитники стали испытывать нехватку боеприпасов, а боевой дух некоторых североафриканских солдат сошел на нет. К 6 мая неповрежденным осталось только одно 105-мм орудие, а на следующий день де Кастри поручил Лаланду прорываться со своими солдатами из«Изабель» в надежде на соединение с войсками в Лаосе.К этому времени ситуация в центральном секторе приближалась к критической. Начало муссонов сделало практически невозможной высадку с парашютами, а в результате артиллерийских обстрелов Вьетминя и атак пехоты потери французов продолжали увеличиваться. К концу апреля в строю остался лишь один танк, а в следующие три дня в ходе неоднократных атак сильные разрушения получили укрепления «Доминик», «Элианы» и «Югетг». Рота 1-го колониального парашютного батальона (1 ВРС) десантировалась 3 мая, но этого было явно недостаточно, чтобы компенсировать постоянно растущие потери французских войск.

Финал наступил 7 мая. Ужасающая бомбардировка французских позиций, в которой приняли участие также советские «Катюши» - полевые реактивные пусковые установки, - началась вечером 6 мая, а в ходе ночных неоднократно повторявшихся обстрелов защитники были сокрушены. По окончании артобстрела ударные части Вьетминя использовали ранцевые подрывные заряды, чтобы проложить себе путь к последним французским оборонительным позициям. Используя раздвижные лестницы, вьетминовцы ворвались в форты.