Столкновение армий в Нормандии в 1944 году

Две армии, столкнувшиеся в Нормандии в 1944 году, были мощнейшими военными машинами, возглавляемыми выдающимися военачальниками. Войскам союзников, высадившимся в Нормандии в июне 1944, предстояло решить труднейшую задачу организации бесперебойных поставок боеприпасов и вооружения, а также подвоза подкреплений, необходимых, чтобы дать отпор крупным силам, сосредоточенным Вермахтом в Северной Франции. Однако, как только союзникам удалось наладить работу своих транспортных и снабженческих служб, они получили значительное преимущество над противником. В меморандуме, составленном после совещания в Париже 11 июня 1944 года, Эрвин Роммель и Герд фон Рундштедт подробно перечислили все главные преимущества армий своих противников.


Первым, и, видимо, наиболее существенным, была авиация союзников. Их ВВС полностью контролировали воздушное пространство. «В долгосрочной перспективе это превосходство ВВС противника парализует любые перемещения войск и попытки контроля за боевыми действиями, что лишит нас возможности проводить операции», писали два немецких фельдмаршала. Передвижение любого крупного соединения, особенно танкового, в дневные часы стало для немцев практически невозможным. Технологические новшества, такие как усовершенствованные ракеты и пушки, сделали самолеты союзников, например, британский истребитель-бомбардировщик Typhoon, смертельно опасными для немецких танков, а многочисленные тяжелые бомбардировщики могли бомбить немецкие части даже в местах их тылового сосредоточения. Иногда они пропускали свои цели (как случалось в начале операции «Кобра» в июле), но в то же время могли полностью уничтожить целые соединения, которым не повезло оказаться в неправильное время в неудачном месте. Кроме того, авиация союзников практически полностью вывела из строя железнодорожную сеть Северной Франции, сделав перемещение танков и других транспортных средств возможным исключительно по шоссе и дорогам.Воздушное превосходство обеспечивалось в том числе и эффективной организацией действий ВВС, особенно так называемой системой «стоянки такси», первоначально разработанной Артуром Теддером (заместителем Эйзенхауэра во время Нормандской кампании) для Северной Африки. Она предусматривала постоянное нахождение в воздухе в боевой готовности определенного количества штурмовиков так, чтобы они в любой момент готовы были немедленно выполнить задание после поступления радиозапроса от сухопутных частей.

Хорошо поставленная разведка, проводимая службой радиоперехвата и дешифровки УЛЬТРА, также использовалась, чтобы точно определять цели для воздушного нападения. Например, 10 июня УЛЬТРА установила местоположение мобильной штаб-квартиры танковой группы «Запад», оказавшейся в Шато-ле-Каэн в 19 км к югу от Кана. В 21:00 четыре эскадрильи Typhoon вылетели в сторону Шато, сопро-вождая четыре эскадрильи средних бомбардировщиков В-24 Mitchell, несущих 500-фунтовые бомбы. Командующий группой, генерал Гейр фон Швеппенбург, был ранен, его начальник штаба и еще 18 офицеров штаба - убиты. Штаб на некоторое время фактически потерял возможность руководить действиями группы, и его обязанности были в срочном порядке на следующий день переданы штабу I танкового корпуса СС. Вторым решающим фактором, отмеченным немцами, являлась огневая мощь морской армады, обеспечивавшей поддержку высадки. Военно-морская артиллерия главного калибра полностью компенсировала нехватку наземной тяжелой артиллерии, особенно в первые недели операции, а 16-дюймовые орудия линкоров успешно поражали даже таких монстров, как танки «Тигр».

В-третьих, немецкое Верховное командование отмечало превосходство союзников по таким параметрам, как удельный вес артиллерии, обеспеченность боеприпасами и высокая эффективность вспомогательных служб, в частности, санитарной. «Существенное превосходство англо-американских войск в этих областях в конечном счете оказывает воздействие на функционирование любого подразделения». Наконец, Роммель и фон Рундштедт отмечали, что многочисленные воздушно-десантные подразделения союзников являлись постоянной угрозой. Примечательно, что у командующих войсками союзников имелись планы высадки воздушных десантов в тылу немецких линий обороны, но на данном этапе ни один из них фактически реализован не был. Лишь позднее -в сентябре - Монтгомери использовал воздушно-десантные части при проведении операции в районе Арнема. Тем не менее в период с июня по август само наличие подобных частей оставалось постоянным раздражающим фактором.

Как уже указывалось выше, в состав британской армии входило несколько соединений, хорошо зарекомендовавших себя в боях. Однако во время атак на упорно обороняемые немцами подходы к Кану британская армия не могла похвастаться особыми успехами, как и канадские войска, из которых была сформирована 1-я канадская армия под полным контролем Монтгомери. Хотя главной причиной неудач союзников являлась в основном хорошая организация немецкой обороны, американские генералы крайне критически оценивали действия своих союзников, которым никак не удавалось развить наступление. Да и сам Монтгомери был явно неудовлетворен действиями некоторых своих подчиненных, которых он и снял со своих постов после того, как они не смогли добиться ожидаемых результатов.

Американским войскам (первоначально 1-я армия США, а позднее и 3-я армия США под командованием Джорджа Патона) действительно удалось взломать расположенные перед ними линии немецкой обороны, а затем и успешно использовать достигнутый успех. Американским войскам приходилось вести наступление, особенно трудное на начальной стадии, по расположенной южнее специфической местности (бокаж). Они пытались прорваться к стратегически важному Сен-Ло, но их серьезным недостатком являлась тактическая нерешительность в боях на близком расстоянии. Однако американцам удалось справиться с этой проблемой, и, когда появилась такая возможность, их подразделения нанесли поражение противнику. Они ворвались на полуостров Котантен, а затем, после операции «Кобра», через Авранш вышли в Бретань и Центральную Францию и повернули на север, захлопнув ловушку, в которой оказалась немецкая группировка у Фалеза.

Хотя американские войска достойно показали себя в боях, немецкие солдаты, с которыми они столкнулись, вне всяких сомнений, были закаленными в боях ветеранами, хорошо подготовленными к ведению сражений в специфических условиях сельской местности Нормандии. Самым очевидным их преимуществом являлись танки и противотанковая артиллерия. Танки «Тигр» и «Пантера» во всем превосходили союзные Sherman, Cromwell и Churchill - и в бронировании, и в огневой мощи. Лишь Sherman Firefly, вооруженный 76-мм орудием с высокой начальной скоростью, мог в какой-то степени с ними конкурировать. Без дополнительной поддержки британские бронетанковые части не могли противостоять немецким танкам -результаты подобных стол-кновений, как правило,    «Я оканчивались с одним и тем же результатом. Sherman был превосходным танком развития прорыва - быстрым и надежным. Однако на узких дорогах Нормандии его склонность загораться при любом попадании привела к тому, что вскоре немцы прозвали его Ronson (популярная модель зажигалок) и «Скороварка для Томми». Если немецкие танки были прекрасными машинами, то 88-мм орудие Вермахта двойного назначения (зенитное/проти-вотанковое) являлось одним из лучших орудий за всю войну. Врытые в землю на скрытых позициях, прикрывавшие узкие дороги и небольшие поля, обнесенные живыми изгородями (бокаж), они наносили огромный урон любым бронетанковым частям союзников, оказавшимся в зоне их досягаемости.

Еще одним существенным преимуществом немцев было то, что значительная часть находившихся во Франции германских солдат имела опыт боев на Восточном фронте. 12-я танковая дивизия СС «Гитлерюгенд», например, была сформирована с использованием кадров дивизии «Лейбштандарт СС Адольф Штлер», солдаты которой (часто очень молодые люди и подростки) к    сражались под Харьковом и Курском в 1943 году. Они прекрасно знали разницу между учениями и реальной боевой обстановкой, имели опыт борьбы с танками Т-34, которые во много раз превосходили Sherman, и знали, что такое массированный артобстрел. Их не пугали грохот вражеской артиллерии или вид танков противника - в отличие от многих необстрелянных пехотинцев Армии США. Важной особенностью Нормандской кампании стали яростные споры, возникшие впоследствии о том, насколько правильным было стратегическое планирование с обеих сторон, и, как следствие, об уровне подготовки высшего командования. Хотя Монтгомери уволил нескольких командующих за то, что был не удовлетворен их действиями, в целом командиры союзных армий действовали успешно. В частности, такие командиры американских бронетанковых соединений, как Д жон Вуд из 4-й бронетанковой дивизии, сыгравший важную роль в операции «Кобра», гии корпусные командиры Коллинз, Миддлтон и Хейслип, которым удалось успешно реализовать возможности, возникшие в результате прорыва американцами немецкого фронта.

Для немецких командиров было характерно наличие большого опыта и способностей, причем некоторые командующие, такие как, например, Пауль Хауссер (возглавлявший 7-ю армию), смогли поддерживать высокую боеспособность своих войск, даже когда те оказывались под ударами превосходящих сил против ника - Хауссер остался со своими войсками в Фалезском котле, был тяжело ранен и только после этого эвакуирован. Довольно слабым командиром у немцев был Зепп Дитрих - один из первых членов СС и бывший телохранитель Гитлера. Он был причастен к убийствам противников Гитлера во время <Ночи длинных ножей» в 1934 году. Теперь Дитрих командовал I танковым корпусом СС, но явно не соответствовал своей должности и держался лишь благодаря хорошо поставленной работе своего штаба и фанатизма своих подчиненных. Однако самой серьезной проблемой для немцев был их Верховный главнокомандующий Адольф Гитлер, постоянное вмешательство которого часто противоречило здравому смыслу и не имело отношения к реальному развитию событий на фронте. В частности, его решение провести контратаку в начале августа против американских войск стало настоящим бедствием для немецких солдат.